Неточные совпадения
Исповедь и причащение кончились. Катерина Ивановна снова подошла к постели мужа. Священник отступил и, уходя, обратился было сказать два
слова в напутствие и
утешение Катерине Ивановне.
Так он попеременно волновался и успокоивался, и, наконец, в этих примирительных и успокоительных
словах авось, может быть и как-нибудь Обломов нашел и на этот раз, как находил всегда, целый ковчег надежд и
утешений, как в ковчеге завета отцов наших, и в настоящую минуту он успел оградить себя ими от двух несчастий.
Но позавидует не могущий вослед тебе идти писатель оды, позавидует прелестной картине народного спокойствия и тишины, сей сильной ограды градов и сел, царств и царей
утешения; позавидует бесчисленным красотам твоего
слова; и если удастся когда-либо достигнуть непрерывного твоего в стихах благогласия, но доселе не удалося еще никому.
— Я понимаю, друг мой, — сказала графиня Лидия Ивановна. — Я всё понимаю. Помощь и
утешение вы найдете не во мне, но я всё-таки приехала только затем, чтобы помочь вам, если могу. Если б я могла снять с вас все эти мелкие унижающие заботы… Я понимаю, что нужно женское
слово, женское распоряжение. Вы поручаете мне?
— Так и умрешь, не выговорив это
слово, — продолжал он, вздохнув. — Одолеваю я вас болтовней моей? — спросил он, но ответа не стал ждать. — Стар, а в старости разговор — единственное нам
утешение, говоришь, как будто встряхиваешь в душе пыль пережитого. Да и редко удается искренно поболтать, невнимательные мы друг друга слушатели…
— Был проповедник здесь, в подвале жил, требухой торговал на Сухаревке. Учил: камень — дурак, дерево — дурак, и бог — дурак! Я тогда молчал. «Врешь, думаю, Христос — умен!» А теперь — знаю: все это для
утешения! Все —
слова. Христос тоже — мертвое
слово. Правы отрицающие, а не утверждающие. Что можно утверждать против ужаса? Ложь. Ложь утверждается. Ничего нет, кроме великого горя человеческого. Остальное — дома, и веры, и всякая роскошь, и смирение — ложь!
Как ни грязно и ни топко в этом болоте приказных дел, но прибавлю еще несколько
слов. Эта гласность — последнее, слабое вознаграждение страдавшим, погибнувшим без вести, без
утешения.
Тем не менее, хотя мы и голодали, но у нас оставалось
утешение: при отце мы могли роптать, тогда как при матушке малейшее
слово неудовольствия сопровождалось немедленным и жестоким возмездием.
Она лишь туманно, в немногих
словах намекнула на то, что она — замужняя дама из среднего общества, что она несчастна в семейной жизни, так как муж ее — игрок и деспот, и что даже судьбою ей отказано в таком
утешении, как дети.
Тамара вслушивалась в давно знакомые, но давно уже слышанные
слова и горько улыбалась. Вспомнились ей страстные, безумные
слова Женьки, полные такого безысходного отчаяния и неверия… Простит ей или не простит всемилостивый, всеблагий господь се грязную, угарную, озлобленную, поганую жизнь? Всезнающий, неужели отринешь ты ее — жалкую бунтовщицу, невольную развратницу, ребенка, произносившего хулы на светлое, святое имя твое? Ты — доброта, ты —
утешение наше!
Батюшка начнет говорить, что я ему не доставляю никаких радостей, никаких
утешений; что они из-за меня последнего лишаются, а я до сих пор не говорю по-французски; одним
словом, все неудачи, все несчастия, все, все вымещалось на мне и на матушке.
Вава стояла, как приговоренная к смерти; последние
слова матери казались ей
утешением.
Егор Егорыч и на это не сказал Петру Григорьичу ни
слова в
утешение и только переспросил...
Нюрочка нарочно плакала, чтобы слышать
утешения и ласковые
слова Аглаиды.
Василий Николаич не преминул воспользоваться и этим обстоятельством. Несколько понедельников сряду, к общему
утешению всей крутогорской публики, он рассказывал Алексею Дмитричу какую-то историю, в которой одно из действующих лиц говорит:"Ну, положим, что я дурак", и на этих
словах прерывал свой рассказ.
Она нашла, впрочем,
утешение в своем «новом» сыне, который свято сдержал
слово, данное им светлейшему — быть опорой матери, умершей через десять лет после смерти Григорий Александровича.
Между тем Настенька глядела ему в глаза, ожидая
утешения; но он ни
слова больше не сказал. Белавин только посмотрел на него.
— И не пожалела ты его, Нелли! — вскричал я, когда мы остались одни, — и не стыдно, не стыдно тебе! Нет, ты не добрая, ты и вправду злая! — и как был без шляпы, так и побежал я вслед за стариком. Мне хотелось проводить его до ворот и хоть два
слова сказать ему в
утешение. Сбегая с лестницы, я как будто еще видел перед собой лицо Нелли, страшно побледневшее от моих упреков.
Слушатели пожелали знать в чем дело, и Жозеф рассказал содержание письма, кое-что утаив и кое-что прибавив, но все-таки не мог изменить дело настолько, чтоб и в его изложении весь поступок Подозерова перестал быть свидетельством заботливости о Ларисе, и потому в
утешение Жозефу никто не сказал ни одного
слова, и он один без поддержки разъяснял, что это требование ничто иное как большое нахальство, удобное лишь с очень молодыми и неопытными людьми; но что он не таков, что у него, к несчастию, в подобных делах уже есть опытность, и он, зная что такое вексель, вперед ни за что никакого обязательства не подпишет, да и признает всякое обязательство на себя глупостью, потому что, во-первых, он имеет болезненные припадки, с которыми его нельзя посадить в долговую тюрьму, а во-вторых, это, по его выводу, было бы то же самое, что убить курицу, которая несет золотые яйца.
Но в этом он уже не получил
утешения: Глафира не слушала его
слов. По мере окончательного приближения к Петербургу, где она готовилась дать большое генеральное сражение мужу, Казимире и всем их окружающим, Бодростина и сама была неспокойна и, сосредоточенно углубляясь в свои соображения, кусала свои алые губы и не слушала дребезжанья своего партнера.
Когда приехал доктор, он нашел, что Николай Дмитриевич умер от паралича сердца, и в
утешение живым сказал несколько
слов о безболезненности такой смерти.
Княжна отпустила Таню и легла. Но заснуть долго не могла. Несмотря на некоторое
утешение, принесенное ей
словами Тани, все же мысль о том, что найдут в беседке, и пройдет ли это благополучно для князя Сергея Сергеевича, не давала ей долго сомкнуть глаза.
— А-а-ах! брат, брат! Я к тебе с лаской да с
утешением, а ты… какое ты
слово сказал! А-а-ах, грех какой! И как это язык у тебя, дружок, повернулся, чтоб этакое
слово родному брату сказать! Стыдно, голубчик, даже очень стыдно! Постой-ка, я лучше подушечку тебе поправлю!
Ни лишнего
слова, ни
утешения, даже стараются и вообще-то мало внимания обращать на такого.
Он не сказал ей ни одного
слова в
утешение.
Юрий молча продолжал ехать подле нее; несколько раз он хотел возобновить разговор, но
слова замирали на устах его; и что мог бы он сказать в
утешение несчастной, горькой сироте?
Юрий не отвечал ни
слова; погруженный в глубокую задумчивость, он старался не помышлять о настоящем, искал — но тщетно —
утешения в будущем, и только изредка воспоминание о прошедшем услаждало его душу.
Алеша остался с товарищами. Тогда, когда он был добрым и скромным, все его любили, и если, бывало, подвергался он наказанию, то все о нем жалели, и это ему служило
утешением. Но теперь никто не обращал на него внимания: все с презрением на него смотрели и не говорили с ним ни
слова.
Татьяна Власьевна поняла последние
слова как
утешение Дуне, которой хотелось иметь первенцем сына; но Гордей Евстратыч говорил совершенно серьезно и пестовал маленькую Таню даже больше, чем своего внука Степушку.
«Государыня не надышит на нее — вот точные
слова герцога моему дяде — государыня лелеет ее, как свое дитя, свое
утешение, свою любимую игрушку.
Он лишился единственного своего товарища, слепца, восемь лет ходившего с ним рука об руку, восемь лет бывшего единственным его
утешением; он разлучен с Паткулем, который один мог бы помочь ему и не знал безвременья для
слова правды и добра перед царями; обманут он в минуты лучших, сладчайших своих надежд — у порога родины немилосердо оттолкнут от нее на расстояние безмерное.
— Опять! Как эти сентиментальные души ищут
утешения в
словах! Возьмите сигару, сядьте и слушайте. Уже давно мне нужны деньги, очень большие деньги. В моем прошлом, которое вам ни к чему знать, у меня были некоторые… неудачи, раздражавшие меня. Дураки и сентиментальные души, вы понимаете? Моя энергия была схвачена и заперта, как воробей в клетку. Три года неподвижно сидел я в этой проклятой щели, подстерегая случая…
Миклаков еще некоторое время постоял перед ней, как бы ожидая услышать от княгини хоть одно
слово в
утешение, но она молчала, и Миклаков, раскланявшись, ушел. Княгине легче даже сделалось, когда она перестала его видеть… Она сейчас же ушла к себе в комнату и здесь, тщательно скрывая это от прислуги, начала потихоньку плакать…
Лиза начала было говорить в
утешение его, но он на первых же
словах ее остановил...
— Меня сошлют в Сибирь, что ж из этого? Видите, это мой сын, одно
утешение мне в жизни. Не погубите его. Помните
слова Спасителя: «Иже аще приемлет сие отроча во имя мое, меня приемлет». Бросьте в нас после того камень и убейте нас обоих.
Но она любила его, по
словам матери, любила до безумия. Разве это не
утешение?
Татьяна Васильевна, в свою очередь, грустно размышляла: «Итак, вот ты, поэзия, на суд каких людей попадаешь!» Но тут же в
утешение себе она припомнила
слова своего отца-масона, который часто говаривал ей: «Дух наш посреди земной жизни замкнут, оскорбляем и бесславим!.. Терпи и помни, что им только одним и живет мир! Всем нужно страдать и стремиться воздвигнуть новый храм на развалинах старого!»
— Беатриче, Фиаметта, Лаура, Нинон, — шептал он имена, незнакомые мне, и рассказывал о каких-то влюбленных королях, поэтах, читал французские стихи, отсекая ритмы тонкой, голой до локтя рукою. — Любовь и голод правят миром, — слышал я горячий шепот и вспоминал, что эти
слова напечатаны под заголовком революционной брошюры «Царь-Голод», это придавало им в моих мыслях особенно веское значение. — Люди ищут забвения,
утешения, а не — знания.
Я наблюдал, как в этих щелях, куда инстинкт и скука жизни забивают людей, создаются из нелепых
слов трогательные песни о тревогах и муках любви, как возникают уродливые легенды о жизни «образованных людей», зарождается насмешливое и враждебное отношение к непонятному, и видел, что «дома
утешения» являются университетами, откуда мои товарищи выносят знания весьма ядовитого характера.
Письмо брата далеко не утешило князя Василия, хоть он, по правде сказать, и не ожидал от него особого
утешения, тем не менее он не упал духом и приказал собираться в Москву. Послав гонца велеть приготовить хоромы, князь не оставил мысли — по приезде, уже на
словах посоветовавшись с братом, явиться к царю с челобитьем, тем более, что брат не отказался помочь ему, а только уведомлял, что, по его мнению, это будет трудно, а главное — опасно.
Мелькает перед царем картина изгнания архипастыря из храма Успения во время богослужения, переданная ему исполнившим, по его повелению, это позорное дело Алексеем Басмановым: толпы народа, со слезами бегущие за своим духовным отцом, сидящим в бедной рясе на дровнях, с светлым лицом благословляющим его и находящим сказать в
утешение лишь одно
слово: «молитесь»… И все это несется в разгоряченном воображении царя.
Никакими
словами не могу выразить радости моей, когда узнал, что я свободен во всякое время правою ногою выступать, ходить сгорбись, развалом и как мне вздумается и что могу выехать из своей роты! Тот же час поспешил нанять лошадку и, не оглядываясь, покатил домой. К
утешению моему, это недалеко было.
Личных
утешений тетя Полли с тех пор не искала, но они ее иногда находили, и одно такое прекрасное
утешение осветило ее закат: ее зять, муж Сусанны, отличился благороднейшею деятельностью при «освободительных работах» в царствование Александра II. И тетя, при получении известия об этом, плакала радостными слезами на груди у своей Гильдегарды и сама себя перебивала
словами...
Одним
словом, какая-то неопределенная тоска овладела всем моим существом. Иногда в уме моем даже мелькала кощунственная мысль: «А ведь без начальства, пожалуй, лучше!» И что всего несноснее: чем усерднее я гнал эту мысль от себя, тем назойливее и образнее она выступала вперед, словно дразнила: лучше! лучше! лучше! Наконец я не выдержал и отправился на село к батюшке в надежде, что он не оставит меня без
утешения.
Xлынов. Никакого я в тебе, братец, ума не вижу. Какая мне может быть честь перед другими, если я его выкуплю! Все эти твои
слова ни к чему. А все дело состоит: так как Васька на бубне даже очень хорошо стал понимать, и мне чрез это самое от него
утешение, значит, я сам в одну минуту это дело кончаю. Потому, если кто мне по нраву, тех трогать не смей.
Отец Андроник тяжело слез с лошади, вытер грязные сапоги самым тщательным образом о траву и вошел в избу с строгим выражением на лице, какого я никогда не замечал у него; он благословил Александру Васильевну широким крестом и сказал ей несколько
слов в
утешение.
Напротив, в
утешение ему сулила, что она найдет случай передать ему будущего ребенка, уверяла, что отныне у них другие обязанности, что дружба их теперь навеки закреплена, — одним
словом, логики было мало, но цель была все та же: чтоб он избавил ее от любви своей.
Вот что, например, говорит о «Собеседнике» какой-то г. А. Г. в письме своем, напечатанном в 14-й книжке (ст. VI): «Книга ваша есть зеркало, где порочные видят свои пороки, а добродетельные находят
утешение, усматривая, что хотя на
словах получают возмездие за свои дела; книга ваша есть прут, которым развращение наказывается и очищаются нравы; книга ваша есть изображение благоденствия нынешнего века и процветания наук.
Он был нежный сын, и каждое письмо его было полно ласковых
слов,
утешений, молодой и наивной надежды на какое-то счастье.
Эту фразу я слышал второй раз от своих тюремщиков. В первый раз она меня очень обрадовала. Теперь только обозлила. То же самое, может быть, ты, «добрый человек», повторял Фомину, пока он не умер, и ты все-таки запирал его аккуратно, произнося свои добрые
слова и немудрые
утешения…